Ксения даже не вздрогнула. Она продолжала методично резать мясо тонкими ломтиками. На сковороде шкварчало масло, наполняя кухню ароматом чеснока и специй. За окном шестнадцатого этажа бесновалась метель, тщетно пытаясь пробиться сквозь стеклопакеты в теплое жилье.
Олег сорвал с себя мокрую куртку и швырнул её прямо в кресло. В воздухе тут же потянуло сыростью.
— Всё, баста! — он уперся руками в стол. — Хватит с меня. Теперь каждый сам за себя.
Ксения отложила нож и спокойно вытерла руки полотенцем.
— И с чего вдруг такие новости?
— Надоело всё тащить на себе! — Олег выхватил из кармана помятый чек. — Ты посмотри на эти расходы! Опять продукты из дорогой лавки? Спаржа зимой? Зачем?! Я на работе упахиваюсь, а ты просто сидишь за компьютером и транжиришь мои деньги.
— Олег, мы же договаривались: продукты на мне, ты их оплачиваешь, пока я сдаю сложный проект…
— Забудь! — перебил он. — Детей нет, мы взрослые люди. Покупаешь еду только себе. Машину заправляешь сама. Коммуналку — строго пополам. Я больше не намерен спонсировать твои «хотелки».
Ксения внимательно посмотрела на мужа. В его глазах читалось не столько желание сэкономить, сколько жажда власти. Ему хотелось показать, кто здесь хозяин.
— Хорошо, — ответила она, собирая рассыпавшиеся яблоки. — Как скажешь. Только давай без исключений. Раздельный — значит каждый сам за себя.
— Договорились! — хмыкнул Олег. — Посмотрим, как ты запоешь на свои подработки.
Утро среды выдалось морозным. Олег привычно встал под душ, но вместо обжигающего потока на него полилась едва теплая водица. Чертыхаясь, он наскоро ополоснулся и вышел в коридор. Как только он ступил на плитку, ноги пробрал холод — подогрев пола был выключен.
Ксения сидела на кухне в объемном свитере. Перед ней светился монитор, а из чашки с кофе поднимался густой пар.
— Почему в ванной ледник? И вода холодная! — возмутился Олег, заглядывая в холодильник.
Внутри было пустовато. На его полке сиротливо лежали три сосиски и кусок масла.
— Я отключила подогрев на твоей половине квартиры, — не отрываясь от работы, отозвалась жена. — И бойлер перевела в экономный режим. Ты же вчера возмущался из-за счетов? Одной мощности на человека вполне достаточно. Свою долю за свет я уже оплатила.
Олег замер. На верхней полке, принадлежащей Ксении, стояли аппетитные контейнеры с мясом и овощами.
— Очень смешно, Ксюша, — проворчал он. — Ладно, дай ключи от машины. Моя в сервисе, а мне ехать на другой конец города.
Жена отпила кофе и спокойно посмотрела на него:
— Нет.
— В смысле «нет»? Там метель! Мне что, на трамвае трястись?
— Машина моя. Я за неё плачу: бензин, страховка, мойка. У нас ведь раздельный бюджет, так что теперь логистика — это твои расходы. Трамвай в двух кварталах отсюда, как раз успеешь.
Олег покраснел от ярости. Схватив портфель, он выскочил из квартиры, с грохотом захлопнув дверь.
К пятнице обстановка накалилась до предела. Дорога в офис стала для Олега ежедневным испытанием: в забитых трамваях ему топтали ноги, а ледяной ветер пробирал до костей. Пока коллеги заказывали ресторанную доставку, он уныло жевал те самые дешевые сосиски, подсчитывая, сколько осталось до зарплаты.
Вечером дома его ждала папка с документами.
— Это расчет за текущий месяц, — Ксения пододвинула к нему листы. — Твоя половина.
Олег глянул в список и едва не задохнулся от возмущения.
— Сколько?! Откуда такие цифры?
— Мы живем в доме бизнес-класса, Олег, — пояснила она. — Охрана, подземный паркинг, консьерж-сервис, клининг. Я разделила всё честно.
— У меня зарплата не резиновая! Если я это оплачу, у меня на жизнь ничего не останется!
— Ты сам хотел независимости. Кстати, услуги уборщицы для твоих комнат я отменила. Тряпка и ведро в кладовке — на выходных приберешься сам.
— Хватит дурью маяться! — крикнул он, сминая бумагу. — Я просто хотел, чтобы ты не транжирила!
— Я отлично знаю цену комфорту, — голос Ксении стал стальным. — А вот ты об этом, кажется, совсем забыл.
Финальный аккорд прозвучал в пятницу вечером. Олег подошел к подъезду и приложил магнитную карту к замку. Раздался резкий писк, и загорелся красный индикатор: доступ закрыт.
— Олег Николаевич, добрый вечер, — окликнул его консьерж из-за стекла. — Ваша карта заблокирована. Управляющая компания закрывает доступ всем, у кого долги по взносам превышают два месяца.
— Какие долги? Я здесь три года живу!
— Правила изменились. Звоните супруге, пусть спустится и заберет вас как гостя.
Олега трясло. Стоя на морозе и ожидая, пока жена соизволит ответить на звонок, он чувствовал себя униженным. Когда он наконец вошел в квартиру, гнев захлестывал его. Он решительно направился в гостиную, собираясь высказать всё, что копилось эти дни.
Ксения сидела на диване. Шел видеозвонок, она разговаривала с мужчиной в строгом костюме.
— Да, Михаил Сергеевич, смету утвердили, — её тон был уверенным и властным, таким, какого Олег никогда раньше не слышал. — Инвестиции уже на счетах. Начинайте закупки, завтра пришлю графики этапов.
Она закрыла ноутбук и посмотрела на мужа.
— Что это было? — хрипло спросил Олег. — Какой проект? Какая компания?
Ксения улыбнулась, и в этой улыбке не было былой мягкости:
— Моя компания, Олег. Мой проект. Пока ты считал стоимость моей спаржи, я закрывала сделку, которая позволяет мне оплачивать этот комфорт в одиночку. И раз уж у нас раздельный бюджет… может, обсудим стоимость твоей аренды?
— Моя компания, — просто ответила Ксения. — Агентство по логистике. В штате шестьдесят человек. Я работаю из дома, потому что мне так удобнее.
Олег стоял как вкопанный. В голове образовался болезненный вакуум, сквозь который пробивалась одна-единственная мысль.
— И… много ты получаешь?
— Достаточно, чтобы не переживать из-за спаржи, — Ксения посмотрела на него в упор. — Мой доход в десятки раз превышает твой.
Он медленно опустился на стул. Перед глазами всплыли бесконечные сцены: как он поучал её «найти настоящую работу», как советовал экономить на мелочах, как упрекал в каждом потраченном рубле. Собственная важность, которую он так бережно взращивал, рассыпалась в прах.
— Почему ты молчала? — выдавил он.
— А ты спрашивал? Тебе ведь нравилось чувствовать себя «добытчиком». Нравилось думать, что раз ты платишь за хлеб, то я должна тебе подчиняться. Я не спорила. Пока ты не решил дрессировать меня деньгами.
Олег сделал шаг к ней, пытаясь вернуть в голос прежнюю доверительность:
— Ксюша… послушай. Я погорячился. На работе проблемы, всё навалилось, вот и сорвался. Давай забудем эту глупость с бюджетом. Мы же семья.
— Нет, — она покачала головой. — В тот вечер я увидела твоё истинное лицо. Тебе не нужен был партнер. Тебе хотелось посмотреть, как я буду унижаться и выпрашивать у тебя копейки на еду.
В комнате повисла тяжелая тишина. Олег сглотнул, чувствуя, как липкий страх подступает к горлу.
— И что теперь? Развод? Как квартиру делить будем? Я здесь ремонт делал, вкладывался!
Ксения медленно встала.
— Никак. Эту квартиру я купила еще до нашего знакомства. Юридически она только моя. Твои деньги остались при тебе, так что делить нам нечего.
Олег оглядел роскошную гостиную, которая еще пять минут назад казалась его крепостью.
— Ты меня выставляешь? Прямо сейчас? Но мне некуда идти! У меня нет отложенных денег на съем жилья!
— У тебя есть выходные, чтобы собрать вещи, — Ксения направилась к дверям кабинета. — И не забудь перевести долг за свет и воду. Мы же договорились: у нас раздельный бюджет.
Дверь закрылась с негромким щелчком. Олег остался один в огромной, идеально обставленной квартире. Всего три дня назад он чувствовал себя здесь хозяином положения, решившим «проучить» жену. Теперь же он осознал: проучили здесь только его. И ночевать ему было действительно негде.
